Наши резервы

Супруга всегда говорит, что у меня напрочь отсутствует вкус в выборе одежды. Если точнее, ее слова: «Ты аки бомж выглядишь!».

Мне совершенно не мешает ходить "оборванцем". И вот я вышел из дома в своем обычном виде по делам на угол Бегин-Каплан. В разгар дня я присел на бетонную тумбу немножко отдохнуть.

Конвой резервного премьер-министра резко взвизгнул своими резервными тормозами, офицер службы охраны проверил, нет ли у меня огнестрельного оружия и провел допрос на предмет безопасности, в то время как другой охранник позаботился о том, чтобы район был очищен, а местная полиция остановила движение и отключила электричество в лифтах башен Азриэли - так, на всякий случай.

Резервный премьер-министр вышел из машины и подошел ко мне на сеанс спонтанной щедрости.

«О, бедный нищий! Когда я стану премьер-министром, в нашей стране сотрутся классовые различия», - заявил резервный.
«Ты имеешь в виду, что больше не будет бедных», - поправил я его.
«Больше не будет Р А З Л И Ч И Й», - настоял Бени и подал сигнал прессе подойти ближе. «Пожалуйста, не приписывай мне ложных обещаний».

Десятки фотографов, которые каким-то образом попали в зачищенную зону, вовсю фотографировали меня с Ганцем в процессе обмена двадцатишекельной купюрой.

Ганц загрузился в машину и кавалькада премьер-министра направилась к Генштабу на Каплан.

Я снова присел на бетон. Видимо, жарища моему гардеробу не на пользу пошла, ибо в ушах раздался шум ротора и лопастей.

Вертолет министра иностранных дел приземлился рядом со мной. Когда все уровни службы безопасности объявили, что я безоружен, а досуг граждан испорчен так, как и надо, Габи спрыгнул с вертолета и отвесил дружеский подзатыльник.

"Мне жарко ...", - проворчал я.
«Когда я заменю резервного, в нашей стране больше не будет потных нищих. Мы распостраним акции фирмы "Шемен" и раздадим покупательские талоны в Машбир каждому трудящемуся».
«Бесплатно?»
«По номинальной цене, не будь свиньёй», - отругал Ашкенази.
«Хорошо», - согласился я.
«С какой купюрой сфотографировался скупой осёл?»- поинтересовался Габи и заставил меня встать.
«С двадцаткой».

Габи подал знак телевизионщикам, которые засняли переходящую из рук в руки пятидесятишекелевую купюру.

Как только вертолет Габи взлетел, приземлился "геркулес" Амира Хаскеля, он вышел в сопровождении Эхуда Барака.

«Твой Геркулес блокирует шоссе», - заметил я.
«Это не важно - важно то, что сказала судья: что мы стоим на тротуаре!» - разъяснили мне оба. "Ты нищий?"
«Да по сравнению с вашими доходами 99.9% населения страны - нищие», ответил я.

Эхуд и Хаскель держали купюру в 100 шекелей с одной стороны, а я - с другой, именно так нас сфотографировали. Я знал, что если не соглашусь, то они не освободят улицу и люди не смогут добраться да работы.

«Когда мы заменим резервного и его резервы, в стране будет …» - начал Эхуд.
«Рай?».
«Анархия», - объяснил Эхуд.
«Мне параллельно, у меня немецкий паспорт имеется», - сказал Хаскель, когда заводил "геркулес" и показал Эхуду, что пора испариться.

Усталый и измотанный, я снова шлёпнулся на свою тумбу, когда внезапно рядом скрипнули тормоза "скорой помощи". Дверь амбуланса открылась и Буги в смирительной рубашке выпрыгнул на улицу, а за ним встревоженные медбратья.
«Вернись в машину, здесь нет Биби ... Биби пошёл спать», - кричали ему.

Я сфотографировался и с ним, держащим купюру в двести шекелей. Только так его можно было успокоить и он согласился вернуться в амбуланс.

«Когда я всех сменю, в этой стране не будет больше подводных лодок», - пообещал Яалон.

Все ушли, а я попытался вытереть пот и насладиться тремя минутами тишины.

«Канал 13», - представился репортёр-энтузиаст и пихнул мне в лицо микрофон.

«Очень приятно, с вами бюро Ядида Альмони», - ответил я.

«Что вы можете сказать о продемонстрированной всем великой щедрости наших сменяемых лидеров?» - уточнил журналист.

«ИХ щедрость?».

«Да, они фотографировались, когда давали вам деньги», - сказал репортер.

«Ошибочка вышла. Это Я им давал», - ответил я.

«ТЫ?»

«Да, так происходит первого числа каждого месяца. Они приходят и я вношу им смету и раздаю пенсии из бюджета. А сегодня они просто захотели сфотографировать процесс»...

Перевод: Борис Гольдман и Лора Шавит

Автор: Ядида ha-Альмони
Источник
Фото: Pixabay