И «Твиттер», и демократия — дело частное

Twitter забанил Трампа. «Твиттер» — частная компания. Имеет право. А что? Помните, как «Газпром» банкротил НТВ? Это же был спор хозяйствующих субъектов. Одновременно Google удалил консервативный аналог «Твиттера», Parler, из «Андроида», Apple удалила его из App Store, а Аmazon, на котором Parler хостился, снес его со своих серверов. Спор хозяйствующих субъектов, как и было сказано.

Свобода слова, как выясняется, она не для всех. Она только для тех, кто говорит правильные вещи. А на тех, кто разжигает и подстрекает, свобода слова не распространяется. Как там сказала Хиллари Клинтон? «Вы не можете быть вежливы (civil. — Прим. Ю. Л.) с политической партией, которая хочет уничтожить все, за что вы боретесь и о чем беспокоитесь». 

А я-то думала, что демократия — это как раз когда вы civil со своими противниками. А когда вы призываете их cancel (отменить) и cleanse (зачистить), это уже какая-то народная демократия.

Или суверенная демократия. В общем, демократия с дополнением. 

К тому же мне не совсем ясно, как эта «чистка» и «отмена» будут выглядеть в практическом смысле. 

Вот, например, когда политический директор новостей ABC призывает «зачистить» (cleanse) сторонников Трампа, то что именно он собирается с ними сделать? Отправить 75 млн человек в лагеря на перевоспитание? Поразить в гражданских правах? 

А вот член редакционного совета The New York Times призывает  «отменить белых людей» (#cancelwhitepeople). Это физически как? Ликвидировать как класс? Как Сталин — кулаков? А тех, кто белый на три четвертинки, куда?

Я лично решала вчера вечером зарегистрироваться на Gab — консервативной альтернативе «Твиттеру». Зарегистрироваться не получилось — сервер висит. Gab добавил за сутки 600 тыс. новых пользователей, и Боливар рухнул. До этого я зарегистрировалась на Parler, но Apple, Amazon и Google одновременно Parler снесли. Такое впечатление, что там прочитали внимательно «1984» и решили, что это руководство к действию. 

Как я уже сказала, Twitter — частная компания. И право частной собственности для меня священно и нерушимо — в отличие от представителей новейшего американского мейнстрима, для которых «уничтожение собственности, которая может быть заменена, не есть насилие». Тут вот Навальный предлагает создать комиссию по цензуре, чтобы мы понимали, как в «Твиттере» принимаются решения. Ни в коем случае. Не надо регулировать Twitter. Не надо создавать комиссий. Частная компания может делать все что хочет, и идите лесом. Хотят — забанили.

Но есть другой способ — очень простой. 

Главный актив «Твиттера» — это не серверы. И не команда юных менеджеров, которые рвутся клинзить и канселить. Главный актив «Твиттера» — его содержание. Которое ему добровольно поставляем все мы. «Твиттер» был отражением мира, в котором каждый постит как хочет. 

Иранский аятолла Хаменеи постит, что холокоста не было. Китайский чиновник Ли Ян Жао постит, что COVID сделали в США. Член редакционного совета The New York Times постит о том, что ей нравится мучить белых стариков. Спикер Конгресса Нэнси Пелоси постит твиты, в которых называет полицейских, пытающихся остановить погромы в Портленде, «штурмовиками», которые должны быть «остановлены». Избранный вице-президент Камала Харрис призывает собирать деньги в залог за людей, которые громили Миннеаполис. Трамп постит о том, как у него украли выборы. 

Каждый сходит с ума по-своему, и это есть свобода слова. Свобода слова — это не свобода слова только для правильных мнений.

Это Свобода с заглавной С. Свободу слова только для правильных мнений мы видели уже в Советском Союзе. 

Свобода слова неприкосновенна. Человек имеет право нести что угодно. Что ковид происходит от вышек 5G и что под видом вакцины от него вводят чипы. Он имеет право утверждать, что в правительстве США сидят педофилы и что локдаун — это заговор со стороны Бильдербергского клуба. И да, что сторонников Трампа надо cleanse и cancel, он тоже имеет право утверждать. В конце концов, мемы, в которые верит человечество на протяжении многих тысяч лет, ничем не лучше. Или вы правда верите, что иудейский мессия, казненный две тысячи лет назад самым болезненным и унизительным способом, который только был известен римлянам, вернется вместе с войском ангелов и посадит своих сторонников на золотые троны судить всю землю? 

Если поставить сторожей над свободным словом, кто будет сторожить сторожей? 

«Твиттер» в одностороннем порядке забанил Трампа. Очень хорошо. Он частная компания и имеет на это полное право. А мы — частные лица — в одностороннем порядке после этого можем перестать пользоваться «Твиттером», который ведет себя в данном случае не как частная компания, ищущая максимальной прибыли, а как Гостелерадио, и ни леваков, ни иранских мулл, ни китайских пропагандистов не банит.

Я вообще хочу напомнить, что в марте 2016-го акции «Твиттера» находились в свободном падении, что компания на всех парах шла к краху и что именно после того, как Трамп стал использовать «Твиттер» для своей предвыборной кампании, «Твиттер» и стал одним из главных источников информации для публики. 56% тех, кто его сейчас читают, читают в нем новости. «Твиттер» сидел у разбитого корыта на берегу моря, пока к нему в сети не приплыла золотая рыбка по имени Трамп. Теперь «Твиттер» золотую рыбку забанил. 

Я вовсе не призываю перейти именно на Gab или Parler. Они, кстати, меня не устраивают своей прописанной консервативной направленностью. Я консерватор, но я хочу, чтобы площадка была нейтральной. Я буду ждать, пока такая появится. 

Но частные люди должны указать частной компании ее место. Не укажут — значит, будут не лучше нашей русской публики, которая, когда громили НТВ, тоже не вмешивалась в спор хозяйствующих субъектов. 

И да, проблема Трампа и «Твиттера» — это не только американская проблема. Потому что теперь каждый раз, когда взбесившийся принтер будет принимать очередной закон об иноагентах, он будет ссылаться «на то, как это в Америке».

Автор: Юлия Латынина
российская журналистка, писательница, теле - и радиоведущая
Источник: Новая Газета
Фото: Дарья Воронцова