Рациональная и иррациональная политика Израиля в отношении Ирана

На прошлой неделе, когда появились новости о том, что США и Иран близки к заключению новой ядерной сделки, израильтяне получили две совершенно разные интерпретации событий.

Временный премьер-министр Яир Лапид и министр обороны Бени Ганц вместе с обслуживающими их журналистами сообщили встревоженному обществу, что, мол, хотя сделка и плохая, они, Лапид и Ганц справляются с ней как профессионалы и значительно сокращают ущерб от грядущих последствий.

Их главный рупор в СМИ Барак Равид даже поведал, что в результате встречи советника по национальной безопасности Эйяля Хулаты со своим американским коллегой Джеем Салливаном Белый дом ужесточил позицию по ключевым вопросам. Прежде всего – по расследованиям Международного агентства по атомной энергии в отношении трех ядерных установок, которые Иран утаивал, а также в отношении санкций против организаций, контролируемых Корпусом стражей исламской революции Ирана.

Ганц направился в США в четверг. Затем он оттранслировал в СМИ удовлетворенность результатами поездки. Равид тут же сообщил, что Ганц закончил встречу с Салливаном с ощущением, что администрация Байдена готовит военный вариант против ядерных установок Ирана. Разумеется, Салливан ничего подобного не говорил, но Ганц, тем не менее, почувствовал, что дело обстоит именно так...

Пока большая часть СМИ дружно распространяет пропаганду Лапида и Ганца, публикуются и куда менее бравурные сообщения о том, что Байден не разговаривает с Лапидом уже более полутора месяцев, отказываясь отвечать на его звонки или даже хотя бы назначить время встречи с ним на заседании Генассамблеи ООН в сентябре.

Более того, глава "Мосада" Давид Барнеа громко и недвусмысленно ударил в колокол на брифинге для СМИ в прошлый четверг. Барнеа сказал, что администрация Байдена предала самые базовые и экзистенциальные интересы Израиля в этой сделке, которую назвал "стратегической катастрофой" для нашей страны. Он пояснил, что соглашение "обеспечивает Ирану лицензию на накопление необходимого ядерного материала для бомбы", а также финансовые средства для масштабного расширения региональной агрессии с помощью таких организаций, как "Хизбалла", режим Асада и террористические группировки палестинских арабов, поддерживаемые Ираном в Газе, Иудее и Самарии.

Барнеа объяснил, что США "спешат заключить соглашение, которое в конечном итоге основано на лжи". Главная ложь заключается в утверждении Ирана о том, что его ядерная активность якобы носит мирный характер – заявление, несостоятельность которого стала очевидна с тех пор, как в 2018 году Израиль захватил и обнародовал ядерный архив Ирана.

Барнеа добавил, что президент США Джо Байден стремится любой ценой подписать соглашение в то время как Иран, со своей стороны, лишь хочет получить сотни миллиардов долларов, которые достанутся ему после того, как США отменят экономические санкции.

Лапид немедленно осудил Барнеа за нарушение благостной линии, распространяемой правительством. Не отказавшийся от своих замечаний по поводу администрации Байдена, Барнеа также подвергся резкой критике со стороны Равида и множества других обслуживающих Лапида журналистов, регулярно получающих доступ к правительственным брифингам. Помимо прочего, Равид назвал Барнеа "мессианцем", иначе говоря, несущим бред...

***

Вопиющее несоответствие между успокоительными сообщениями Лапида, Ганца и их ручными СМИ с одной стороны и настойчивыми тревожными утверждениями Барнеа с другой стало новым витком давнего спора, ведущегося на самом высоком уровне в израильском руководстве. Это спор  о том, как относиться к так называемому СВПД – "Совместному всеобъемлющему плану действий" (также известному как "ядерная сделка 2015 года") и к тем проблемам, которые эта сделка создала Израилю.

СВПД стал кульминацией усилий администрации Обамы по переориентации США с Израиля и арабских суннитских союзников на Иран. Решимость Обамы отказаться от Израиля и суннитов в пользу Ирана перевернула с ног на голову то, что считалось главной предпосылкой руководства вооруженных сил и разведки Израиля с 70-х годов. Эта предпосылка такова: главным стратегическим активом Израиля являются не ЦАХАЛ или "Мосад", а Соединенные Штаты.

На протяжении пятидесяти лет руководящая концепция израильских вооруженных сил и разведки заключалась в том, что Израиль может пойти на то, что на первый взгляд кажется безумными стратегическими уступками. Например, на уход с Голанских высот, из Иудеи-Самарии, из долины реки Иордан, или на отмену разработки истребителей "Лави". Пойти на это просто потому, что Израилю не нужно защищать свои границы или создавать лучшие в мире ВВС.

Израилю не требуется это просто потому, что он вполне может доверить США свою защиту.

Высокопоставленные военные, вроде Ганца и всех его предшественников, начиная с Эхуда Барака, утверждали, что Израиль должен был пойти на уступки арабам, чтобы помочь Америке помочь Израилю. Точно также, и в отношении свернутой программы "Лави" – Израиль не занимается созданием истребителей. Это работа Америки. Израилю не нужна стратегическая независимость или защищенные границы. Ему лишь нужно удержать США на своей стороне. Потому что Америка, а не ЦАХАЛ, является настоящим гарантом израильской безопасности.

СВПД нанесло сокрушительный удар по этому утверждению. Сделка гарантировала как раз то, что Иран станет ядерным государством самое позднее через 15 лет, причем с полного одобрения Совета Безопасности ООН. Более того, она обеспечила Ирану финансовые средства для масштабного расширения и ускорения региональной агрессии.

У Израиля было два варианта борьбы с СВПД. Первый – отреагировать рационально, разработав гибкую, самостоятельную стратегию, основанную на смелых независимых инициативах и создании новых региональных альянсов. И второй – отреагировать иррационально, удвоив свою зависимость от США и яростно отвергая каждого, кто усомнится в правдивости заявлений США о "неизменной приверженности безопасности Израиля".

***
С 2009 года, с того момента, как Барак Обама начал заигрывать с Ираном, и до мая 2021 года, когда премьер-министр Биньямин Нетаниягу был смещен, Израиль реализовывал оба этих варианта.

Нетаниягу формировал рациональный ответ на усилия Обамы по переориентации США на Иран.

В свою очередь, силовые структуры, в том числе два директора "Мосада" – Меир Даган и Тамир Пардо – и три начальника генерального штаба ЦАХАЛа – Габи Ашкенази, Бени Ганц и Гади Айзенкот – избрали иррациональный ответ.

Пока руководители "Мосада" и ЦАХАЛа подрывали усилия Нетаниягу едва ли не на каждом шагу, премьер использовал министерство иностранных дел и Совет национальной безопасности, которые оставались под его контролем, последовательно укрепляя положение Израиля как независимой региональной державы.

Нетаниягу значительно расширил контакты и связи Израиля с государствами Африки, Азии, Латинской Америки, а также восточно-центральной и южной Европы. Он вынудил Путина смириться с действиями израильских ВВС в Сирии, прямо под носом у российских войск.

Он превратил Израиль в энергетическую державу, продавив, наперекор сопротивлению левых, разработку морских месторождений природного газа. И наконец, с самого начала пресловутой "арабской весны" Нетаниягу выступал против поддерживаемого Обамой свержения президента Египта Хосни Мубарака в 2011 году и его замены на режим "Братьев-мусульман" в 2012 году. Затем Нетаниягу поддержал свержение египетскими военными главы "Братьев-мусульман" Мохмеда Мурси в 2013 году.

Эти действия снискали ему благодарность и уважение в кругах египетских военных, а также в Саудовской Аравии, ОАЭ и Бахрейне. В свою очередь, эти настроения привели к оперативному партнерству Израиля и перечисленных арабских стран против ХАМАСа и Ирана, которое в итоге легло в основу исторических "Соглашений Авраама".

Наконец, в 2016 году, Нетаниягу получил союзника в лице нового главы "Мосада" Йоси Коэна, сменившего Пардо. Сразу же вслед за этим Коэн и советник премьер-министра по национальной безопасности Меир Бен-Шабат начали действовать вместе как в оперативном, так и в дипломатическом плане, расширяя региональные военные и разведывательные связи Израиля, а также проводя диверсии и саботаж против иранских ядерных установок.

Со своей стороны, израильские генералы делали все возможное, чтобы дискредитировать Нетаниягу. С 2010 по 2012 год Даган, Пардо, Ашкенази и Ганц отвергали неоднократные приказы Нетаниягу подготовить службы безопасности к атаке на ядерные объекты Ирана. В 2010 году Даган без разрешения премьер-министра полетел в Вашингтон, чтобы донести тогдашнему главе ЦРУ Леону Панетте о приказе наносить удары по иранским ядерным объектам, отданном Биньямином Нетаниягу.

Позднее, уже в 2011 году, Пардо и Ганц также отказались выполнять распоряжения Нетаниягу подготовиться к подобной атаке против иранских ядерных объектов.

Одновременно руководители израильских вооруженных сил и разведки работали над тем, чтобы подорвать доверие к Нетаниягу в стране и в мире, отказываясь поддерживать его, когда он вел публичную кампанию против СВПД в 2014 и 2015 годах. Руководители разведок раздавали анонимные интервью, нахваливая сделку. Айзенкот открыто одобрил СВПД после выхода на пенсию в 2019 году.

В годы администрации Дональда Трампа Пардо осудил Нетаниягу за раскрытие того, что "Мосаду" удалось захватить ядерный архив Ирана – несмотря на тот факт, что операция и ее публикация проложили путь к решению Трампа отказаться от СВПД, а затем реализовать кампанию максимального давления на Иран, экономически поставившую режим аятолл буквально на колени и вынудившую Тегеран почти полностью прекратить финансирование своих террористических марионеток.

Затем Ганц и Ашкенази выступили против Соглашений Авраама и сорвали план Нетаниягу о введении суверенитета в Иудее и Самарии. Ганц также отказался финансировать проект, который должен был значительно улучшить способность Израиля атаковать ядерные объекты Ирана и который продвигал Нетаниягу.

***

В прошлом году, когда новый президент США Байден пообещал вернуть США в СВПД, а Нетаниягу лишился кресла премьер-министра, двойной рационально-иррациональный ответ Израиля на СВПД подошел к концу. Иррациональность окончательно победила.

Новый премьер-министр Нафтали Беннет вместе с Лапидом и Ганцем сделали защиту СВПД силовыми ведомствами и их отказ признать стратегические последствия сделки основой своей политики. Они полностью отказались от критики политики администрации США в отношении Ирана и обвинили Нетаниягу в ядерных достижениях Ирана. Они проигнорировали тот факт, что все ядерные достижения Ирана произошли после победы Байдена на президентских выборах в ноябре 2020 года, и вместо этого приписали их отказу Трампа от СВПД.

Они заявили, что публичное сопротивление Нетаниягу ядерной сделке и стало причиной того, что Обама подписал ее, а успех Нетаниягу в убеждении Трампа отказаться от сделки стал причиной, по которой Иран теперь является пороговым ядерным государством.

Беннет, Лапид и Ганц задекларировали политику "без сюрпризов" в отношении операций Израиля в Иране, предоставив Байдену реальное право вето на все действия Израиля, которые вскоре после этого фактически и прекратились.

Лапид также положил конец независимой внешней политике Израиля, по сути превратив страну в исполнителя указаний Госдепартамента. Своими неуклюжими заявлениями Лапид также поставил под угрозу операции Израиля в Сирии и спроцовировал еще большее сближение режимов России и Ирана.

В то время как СВПД Обамы был надвигающейся стратегической катастрофой для Израиля, ядерная сделка Байдена становится неминуемой экзистенциальной угрозой для еврейского государства

Вопреки благостным заявлениям Лапида и Ганца, предупреждения Барнеа совершенно точны. Даже если правда, что Салливан шепнул на ухо Хулате и Ганцу приятные пустяки, реальность заключается в том, что по соглашению Байдена ограничения на ядерные операции Ирана начинают действовать в следующем году и фактически заканчиваются в 2025 году. По соглашению Байдена, незаконно обогащенный за все минувшие годы уран остается в Иране. Это соглашение фактически лишает МАГАТЭ полномочий. И это значительно усиливает Иран, превращая его в региональную державу, которая может похвастаться программой создания ядерного оружия, узаконенной Советом Безопасности ООН и гарантированной администрацией США.

Точно так же, как предупредил Барнеа, сделка Байдена с Ираном ставит под угрозу и "Соглашения Авраама", вынуждая суннитов договариваться с восходящим гегемоном в Тегеране и оставляя Израиль без региональных партнеров.

Рациональным ответом на этот катастрофический поворот событий является отказ от послушания администрации Байдена, работа с республиканцами для ведения пиар-войны против этой сделки, укрепление связей Израиля со странами Персидского залива, налаживание отношений с другими сильными странами мира и интенсивная работа над развитием и развертыванием военных средства для уничтожения ядерных установок Ирана.

Иррациональный ответ состоит в том, чтобы летать в Америку, делая вид, что все в порядке, и провозглашать приятные обещания, основанные на "ощущении" будто бы американцы решат за нас иранскую проблему.

Перевод Александра Непомнящего

Автор: Кэролайн Глик​
Американо-израильский журналист, заместитель редактора газеты «The Jerusalem Post». Член научного совета по вопросам Ближнего Востока «Центра политики безопасности».
Источник: 9 канал
Источник на английском - Авторский блог
Фото: lev radin/Shutterstock.com